— Ага, большая, — откликнулась она невесело.

— Намного больше моей, — заметила Коди. — Чем это Келли ее заслужила?

Келли попыталась закрыть дверцу шкафа, но петли заржавели и не слушались.

— Хочешь, поменяемся? — спросила она сестру.

— Да нет, спасибо, — отказалась Коди. — Просто странно, что тебе автоматически досталась самая большая комната.

— Прекрати! — резко одернула ее мать. — Мы все измотаны, и новый дом кажется нам непривычным. Но вы даже не заметите, как привыкнете к нему.

— Точно, — подтвердил папа. — Покрасим, поклеим обои, постелим новые ковры и…

— А где моя игровая комната? — вмешался Джеймс. — Мы уже посмотрели все спальни. Так где же будет игровая комната?

— Ну, здесь больше нет комнат, — ответил отец. — Извини, Джеймс, но…

— А подвал? Разве нельзя устроить игровую комнату в подвале? Вспомни дом Билли Маркуса! У него в подвале стол для тенниса и стол для других игр. Помнишь?

— Ну, не знаю, — сказал отец задумчиво. — Подвал толком не отделан. С ним еще работать и работать.

— Так осмотрим же его! — потребовал Джеймс и, оттолкнув Келли, выскочил в коридор. — Идем! Осмотрим подвал! Наверняка там можно будет поставить машину для пинбола и все остальное.

— Девочки, идите с ним, — приказала мать.

— Только осторожнее! — добавил отец. — Там, должно быть, такая грязь…

Сестры направились вслед за братом. Вскоре они нашли путь в подвал за дверью черного хода. Джеймс щелкнул выключателем, и над ступенями вспыхнула неяркая лампочка.

Дети стали спускаться вниз по узкой деревянной лестнице, держась за стену. Первой шла Келли, за ней Джеймс, потом Коди.

Лишь через несколько секунд Келли поняла, отчего у нее зачесалось лицо.

— Черт! Паутина! — воскликнула она, лихорадочно пытаясь счистить ее с лица.

— Какая гадость! — посочувствовал ей Джеймс.