— А я, наверное, устроюсь официанткой, — вздохнула Коди, по-прежнему глядя в тарелку.

— Неужели вы действительно близнецы? — спросил папа, взявшись за коробку с хлопьями. Он часто задавал этот вопрос.

— А где Джеймс? — поинтересовалась Келли.

— Еще не вставал, — ответила мама, садясь за стол. — Наверное, боится, что мы его тут же заставим работать.

— Так он может проспать целый день! — воскликнула Келли.

Некоторое время все молча жевали.

— Что нам нужно сделать прежде всего? — спросила мама, положив ложку.

— На кухне так холодно и сыро. Надо бы проветрить ее. Коди, открой окно.

— Нужно спилить вон то большое дерево. Тогда будет светлее, — пояснил папа.

Коди открыла окно, высунулась наружу, глубоко вдохнула свежий воздух и сообщила:

— День чудесный.

Келли снова уставилась в тарелку и вдруг услышала ужасный звук, как будто тяжелый нож вонзился в плаху.

— Мои руки! Мои руки! — донесся до нее голос сестры.

Глава 4

Мама первой подбежала к окну, за ней папа.

Крики Коди перешли в шепот, исполненный боли:

— Мои руки! Мои руки!

Папа поднял окно, и Коди отшатнулась, безвольно уронив руки, словно марионетка.

Келли невольно зажала себе рот. Ей стало плохо. Она опустила глаза, молясь о том, чтобы рана сестры оказалась неопасной.

— О-ооо, мои запястья, — стонала та, все еще не поднимая рук. — Мои запястья…

— Какой ужас, какой ужас, — прошептала мама, обнимая ее.

— Попробуй пошевелить ладонями, — велел папа. — Посмотрим, действуют ли они. Если сломаны кости…

— Нет, я могу ими двигать, — объявила Коди и, морщась от боли, пошевелила ладонями.

— Слава богу, что ничего не сломано, — вздохнул с облегчением папа. Затем снял очки и потер переносицу.